Петр Гладилин. Афродизиак.

к концу. Мы вышли из кинотеатра и несколько дней хо- дили по бульварам, а день все не кончался. Время остановилось. Отверстие, через которое время уходило в бесконечность, засорилось этой проклятой субботой, и время стало скапливаться в одном месте, пре- вращаясь в гигантскую лужу. Тем не менее надо было как-то выходить из положения, как вдруг в мироздание решил вмешаться мэр города. Откуда-то появилось деся- ток ассенизационных машин, они стали дружно откачи- вать Время, и скоро рассвело. Всю последующую неделю Гаруда бежала по гариевой дорожке и держала меня как эстафетную палочку в пра- вой руке. В среду вечером Гаруда передала эстафету. Ко- му, я уже не помню. Û Я вышел на улицу и увидел заснеженное петербург- ское Солнце, вокруг которого бродили поэты прошлого и читали свои бессмертные стихотворения. С неба сыпа- лись микроскопические холодные балерины, и каждая из них танцевала танец неведения. Часа через два я вернулся в номер. Только я захлопнул за собой дверь, как в нее по- стучали. Я открыл. Вошел мальчишка и развязно сказал: — Я собираюсь снять фильм, хочу, чтобы вы написа- ли сценарий. —О чем фильм? — спросил я. — Я сниму фильм о себе. — А кто будет играть главную роль? — Я! — А снимать? — Я! И тогда я превратил молодого кинематографиста в по- мидор, который тут же подарил горничной, что пришла сменить белье и полотенца. Пётр Гладилин 120