Петр Гладилин. Афродизиак.

—Никогда! — Скажи честно, вы с ней целовались? —Никогда! Мы не могли целоваться, а priori*, — про- шептал я, зажав клапан телефонной трубки ладонью. —Почему? — У нее нет головы. — Как это нет? —Отрубили, — сказал я. Саша пожала плечами и ушла. Она плотно закрыла за собой дверь, а я продолжил свой разговор с короле- вой: —Вы посмотрите на немцев, они все в экстазе, они все такие счастливые, — сказала Мария-Антуанетта. —Они думают, что история творится у них на глазах. Опрокидывая бетонные плиты, они как бы сами творят историю своими собственными руками, от этого и при- ходят в экстаз, — сказал я. — Когда соотечественники наблюдали за моей каз- нью, они испытывали подобные чувства. — О чем вы думали, когда ваша голова покатилась по эшафоту? — спросил я. — Я не думала о Франции, о монархии, о новом рома- не, хоть и была влюблена. Я как бы потеряла свой собст- венный вес, а когда моя голова упала с плеч, ударилась об эшафот и покатилась по неоструганным доскам, я поду- мала: мамочка, мамочка моя милая, у меня теперь на лбу выскочит огромная шишка! — Все революции заканчиваются массовым истребле- нием женщин. — Я заметила, в большинстве своем революционе- ры— это очень непривлекательные мужчины. Не добив- шись взаимности, они устраивают общественные беспо- Афродизиак 51 * А priori — независимо от опыта ( лат .).