Петр Гладилин. Афродизиак.

и встал на низкий старт, чтобы по сигналу броситься по гаревой дорожке наперегонки со своей собственной те- нью. Когда я догнал ее, она обернулась. Я увидел лицо Мессалины. Û Всю ночь тополиный пух сыпался из хрустящих теле- визионных коробок, летел над океаном ищекотал паруса. Всю ночь слоны танцевали на моей печатной машин- ке в обнимку с моими изящными, взнервленными паль- цами. Желоба водосточных труб мечтали стать плотью горлянок. На побережье ныли камни, поросшие ледяны- ми панцирями: у них разболелись простуженные живо- ты. Какой-то непризнанный гений тащил рояль в небеса на своей слабой спине, словно это крест. Разумеется, Мессалине дела до этого не было, в ее жиз- ни произошло много перемен. Она надела на себя плащ, надела на себя гром и молнию, надела на себя все сказки братьев Гримм, надела на себя белые сетчатые чулки, на- дела песню «Прощай, гуси», надела на себя Париж и... и подошла к зеркалу. —Ну как, — спросила она, — мне идет? — Дикая эклектика, — ответила Наташа, ее лучшая подруга. Рассерженная Мессалина уехала в Плесецк, встала на старт, полковник Кабанов посчитал от десяти до нуля. Мессалина закричала и стартовала, ушла в небо ракетой, разогналась до скорости одиннадцать километров в се- кунду и вдруг, по чистой случайности, вышла на орбиту светской жизни. Спустя три месяца я стоял за колонной во фраке с бо- калом шампанского в руке и безмятежно и спокойно на- блюдал за тем, как она стыкуется с искусственным спут- Пётр Гладилин 84