Петр Гладилин. Афродизиак.

ри сметают все мыслимые и немыслимые преграды — нравственные устои, положительные мысли, доводы бла- горазумия, какие-то существующие и сложившиеся представления человечества о том, что есть верх и низ, нравственное и аморальное. В моей глубине есть еще од- на глубина, о существовании которой я всегда знал, с са- мого рождения, и всю свою жизнь я ощущал эту бездну, ее холод и глубину (около двенадцати тысяч метров). Мессалину сняли с лавки и унесли со стигматами на ногах в спальню. Это сделал ее муж — полный респекта- бельный человек в красивых пластиковых очках. Rolling Stones записали новый сингл, я закончил пьесу и бросил ее в стол в надежде, что когда-нибудь перепишу от начала до конца. В моей жизни намечались перемены. Я не мог представить, что именно случится, но предчув- ствия были тревожными. У меня под языком лопались пузырьки, и это ощущение тоже было крайне важным в общей палитре чувств. Я отодвинул штору и посмотрел в окно. Луна вертелась в небе, как патефонная пластинка. Я прорастал своим будущим. Войска Наполеона тону- ли в русских снегах. Они уже никогда не спасутся. Они будут всегда, во веки вечные идти по снежной пустыне, только потому, что левая нога короче правой. Этого не учел Император. Мне безумно захотелось увидеть ее хотя бы на мгно- вение! Û Утром у меня разболелась голова. Я достал из карма- на белый, кристально чистый носовой платок, сложил вдвое и смахнул слезы с лица. Они упали на пол и засве- тились во тьме слабым неоновым светом. Почему мои Пётр Гладилин 92