Петр Гладилин. Афродизиак.

А какая Ди была чувственная и прекрасная любов- ница! При рождении она впитала в себя шелковистость семи морей и двух океанов, графика ее чувственности восходила к древнейшим кельтским, англосакским ри- сункам. Ее кожа шелестела на ветру, как все листья, ког- да-либо произраставшие под солнечным светом. Она была игольчата, как молодая лиственница, и прозрач- на, как Ахиллесова пята. Я понял, почему таким странным светом светились мои утренние слезы. Я понял, как мгновенно жизнь мо- жет оборваться, и все человечество не сможет воскре- сить тебя своей любовью. Никого оно не в состоянии воскресить. Мы все — закланники смерти. В кровавых революциях нового времени оно жестоко расправилось с персонажами наших любимых сказок: королями, ко- ролевами, принцами, принцессами. Сегодня человече- ство потеряло свою последнюю принцессу, свою по- следнюю мечту. Якобинцы и коммунисты рубили красавицам головы и кололи их штыками. В нашем прагматичном мире это была единственная сказочная красавица. Я разозлился. Я разбил корабельный компас топором и порвал в мелкие клочья северо-восточный ветер. Ненавижу медный шлем и парусиновые крылья за спиной Сатаны! Я вытряхнул из коробки шоколадные конфеты и раз- ложил в пустых ячейках стоны египетских плакальщиц. Я надавил на акселератор, включил магнитофон в машине на полную громкость, выехал за город и по- мчался с бешеной скоростью по шоссе. Ближе к вечеру я увидел стоящую на обочине Кассандру. Я нажал на тор- моз, и мое авто встало, словно вкопанное. Пётр Гладилин 96