Издатель электронных книг. Москва. 2021 г.

208 к оглавлению ДрамТеатр Официантка. Если на то пошло, обоими. Это была сцена на балконе. И там был балкон. Бастер. Определенно, бюджет выделили приличный. Официантка. Нет, это была большая пустая сцена в большом старом театре, где из декораций - только бал- кон с лестницей позади него, а под балконом поставили какие-то искусственные кусты, зал окутывала темнота, было даже страшно, и вы, изображая Ромео, стояли среди этих искусственных кустов, в этой дурацкой шляпе, а по- том бежали за балкон, поднимались на него по лестнице, надевали парик и изображали уже Джульетту, говорили таким удивительно дурацким писклявым голосом. Бастер. Ты уверена, что видела не Лоренса Оливье? Официантка. Нет, это были вы. Самое удивительное зрелище, которое я когда-либо видела. Оно… Оно объ- яснило мне, тогда ребенку, весь мир, знаете ли. Я хочу сказать, вы как в западне в этом театре, в этой пьесе, этой постановке, и вы не знаете, что делаете, и вам дали совершенно не вашу роль, она никак вам не подходит, и вы плохо помните текст, да еще эти дурацкие костюмы, в которые вы должны втискивать скрипящее, обрюзгшее, пердящее старое тело – не в обиду сказано, - но вы по- прежнему взбегаете по этой чертовой лестнице, переоде- ваясь на ходу, играете своих персонажей на пределе воз- можностей, слышите доносящийся из темноты смех, но не знаете наверняка, есть кто-нибудь в зале или нет, не знаете, смеются они с вами или над вами, и просто про- должаете играть. Я про то, что на самом деле вы никого не видите. Может, в зале никого нет, может, это звуковой трек, смех, записанный человеком, который включил его, ушел и не собирается возвращаться, а может, трек вклю-