Павел Турсунов. Дуремар (роман).

133 выбираться. Все-таки здесь уже не центр. Посмотрим, если тишина, то с твоей ногой через «текстилькомбинат» до гостиницы Душанбе за час как-нибудь доковыляем. А там тебе до вокзала и мне до дома – ерунда! - Давай. Назри вспотел от надоевшей боли в лодыжке и напряженной ходьбы. Он снял с головы интеллигентскую черную беретку и вытер ею пот со лба и с шеи. Недавно по пьяни он сдуру обрился налысо, чего зимой никто никогда не делал, кроме слишком уж правоверных мусульман. Шапки у него не было, и кто-то из студийцев подарил ему берет с пипочкой на макушке. В нем он и ходил, напоминая богемного художника, – не хватало лишь складного мольберта на плече. В черте города реку Варзоб уже лет как тридцать заковали в высокие бетонные латы, дабы утихомирить и упорядочить течение вольнолюбивых вод, которые, особенно, весной, не зная удержу, резвились, неслись молодыми кобылицами, сметали любые преграды и размывали высокие берега. Там, где Варзоб протекал через город, он менял мужской род на женский, и его ласково называли Душанбинкой. Спустится к реке, как и подняться наверх по бетонным оковам, было весьма проблематично. Местные жители умудрялись делать из железных прутьев длинные кронштейны и цеплять их за края высоких стен. Но лазать вверх-вниз, держась за железяки, мог не каждый. Это было под силу лишь молодым, гибким, отважным телам. О том, чтоб Назри поднялся со своей больной ногой наверх, по самодельным кронштейнам, не могло быть и речи. Надо было идти еще дальше, к транспортному мосту, там находились бетонные ступеньки.