Павел Турсунов. Дуремар (роман).

142 Сергей вызвался было помочь нести Вовкину сумку, но тот еще сильней стиснул в кулаке ее ремешок и сказал: «Я сам». Два их преследователя держались от них шагах в двадцати, так же делали остановки и, как ни в чем не бывало, беседовали друг с другом. Когда Вовка с Сергеем вошли в метро, то Халилов со словами «ну, все, Дуремар, сейчас уйдем» прямиком направился к дежурившему у турникетов милиционеру. Он показал ему какое-то удостоверение и тихонько доверительным голосом сказал несколько фраз, после чего милиционер кивнул головой и стал внимательно смотреть на входящих в метро людей. Когда вошли Шестипалый и его напарник, страж порядка оттеснил их в сторону и попросил предъявить документы. - Что и требовалось, доказать, - потер руки довольный Вовка, - пока пробьют паспорта – это история долгая, пошли скорей! В вагоне метро, заглядывая старому другу в глаза, Сергей настороженно спросил: - Ну, что, ко мне? Вовка отвел взгляд и тяжко вздохнул. Язык не поворачивался сказать «нет», признаться, что не может сейчас он ехать к Слепневу. Не хотелось впопыхах объяснять своему спасителю, что ждет, не дождется его приезда любимая Фарангиз, что одна она в чужом городе вместе с его годовалым сыном. Без денег, без знания русского языка, без чьей-либо поддержки - совсем одна! И лишь надежда на его, Вовки Халилова возвращение придает силы ей, и с каждой минутой силы эти будут таять, если он вовремя не вернется. А объяснять-то надо издалека – кто