Павел Турсунов. Дуремар (роман).

181 они имеют в виду: то ли бывшего режиссера, то ли еще кого- то… Как-то Слепнев в компании с Нувелем и Хафизовым проходил сквозь палатки «демократов» поселившихся на площади. И то, что он увидел, потрясло его. Все до одного длиннобородые, в чалмах, малограмотные, никогда не бывавшие в крупных красивых городах, они рубили вокруг себя с таким трудом выращенные деревья и, разжигая костры, варили в казанах еду. Нужду справляли недалеко за палатками, в клумбах с цветами, в подъездах жилых домов, а затем, расстелив на площадном асфальте красочные национальные платки, совершали намаз во славу Аллаха. Сергей заглянул в глаза одного из них и обомлел: океаническая темная бездна религиозного фанатизма и ненависти к иным мирам стала затягивать и заставила тут же отвести взгляд из-за безотчетного страха. Казалось, задержи Сережка взгляд хотя бы на секунду, и он будет принесен в жертву как «нечистый», непонятно каким чудом затесавшийся в чужую правоверную страну. Находившийся еще у власти секретарь ЦК партии Каххор Махкамов сделал попытку выйти к народу. Он решил объяснить своим собратьям, что так не делается, что президентом Набиев выбран по всем нормам, существующим в демократических странах, и пора вам, ребята, расходиться и начинать поглощать независимость новой жизни. Долго его не слушали – кто-то из толпы снял калошу, положил туда увесистый камень и запулил секретарю прямо в голову, раскровив ему череп. Советская власть кончилась. Да новая из яйца еще не вылупилась. И потому маятник будничной городской жизни по инерции отстукивал