Юрий Авербах. В поисках истины: от чатуранги до наших дней

Сага о Калабрийце 207 смерти. Эта книга открывалась портретом казненного короля Англии Карла I и называлась «Королевская игра в шахматы, иногда бывшая развлечением последнего короля со многими его придворными. Ил- люстрируется почти сотней гамбитов. Исследование Биохимо, из- вестного итальянца». А более позднее издание (1750) носило такое название: «Шахматы, легкие для изучения, или Партии Джоакино Греко – Калабрийца с до- полнительными партиями и дебютами, сопровождается замечаниями и основными правилами. В целом, книга так задумана, что любой че- ловек может научиться играть без посторонней помощи в несколько дней». Конечно, эта оценка несколько преувеличена (чтобы стать даже средним шахматистом, нужна основательная практика), но она по- казывает, насколько высоко в те времена ценились сочинения Греко. Впрочем, и позднее его трудам воздавалось должное. Так, в 1819 году известный английский мастер Уильям Льюис от- мечал, что книга Греко – наиболее увлекательная и одна из самых ин- структивных шахматных книг. Первый русский мастер Александр Дмитриевич Петров, в чьем рас- поряжении был французский перевод Греко (1741), писал: «Игры сии без всяких поучительных замечаний, но в них много хороших нападений. Сочинитель нарочно заставляет черного играть неправильно, дабы с большой удобностью можно было его атаковать; делает беспрестанные пожертвования; расстраивает игру противника и одерживает победу ходами нечаянными» . В 1859 году фон дер Лаза отметил, что трактат Греко – одно из са- мых значительных явлений шахматной литературы своего времени. А американский шахматный композитор, теоретик и литератор Алан Уайт назвал Греко – «Морфи своего времени» (1919). Наряду с партиями в книгах Греко содержалось небольшое количе- ство окончаний, но они не были столь эффектными и большого вни- мания не привлекали. И уж совсем в тени остались два его трактата, в которых приводились только окончания. Во всяком случае, напечата- ны они не были. Один из этих трактатов приобрел недавно в Лондоне шахматный историк Майкл Марк, а второй оказался в Лиссабоне, в Националь- ной библиотеке. Благодаря моим португальским друзьям, в частности Иоахиму Дюрао, я получил копию этого трактата и смог его изучить. Из работы Алессандро Санвито я узнал, что оба трактата мало чем от- личаются друг от друга, хотя нумерация окончаний в них не всегда со- впадает. Историки шахмат почему-то не придавали значения этим тракта- там, хотя, как мне кажется (и я попытаюсь это доказать!), именно для