Сергей Дроздов

Наконец-то вертолетчики получили возможность заняться собой. Они долго мылись, выстирали нательное белье. Комбинезоны не трогали, ведь могла поступить новая команда на вылет. Спать легли за полночь. Примерно через час их разбудили представители медицинской и химической служб. Стали измерять уровни радиации. Из наушников дозиметра был хорошо слышен характерный треск – и человеческие тела, и комбинезоны сильно «фонили»… Какую дозу облучения получили Володин и его коллеги, точно так и не установили. На следующий день они отправились по домам, а на дежурство прибыли два новых экипажа – к-нов Н. Ядченко и В. Жука. В Киеве Володин поинтересовался у таксиста, что слышно в стране. «Все хорошо», – бодро ответил тот. Обычные граждане еще ничего не знали о самой страшной в истории человечества техногенной катастрофе. В понедельник всему экипажу стало плохо: появилась сонливость, горечь во рту, ничем необъяснимое чувство тревоги – так проявилось влияние радиации. Экипаж Володина 10 суток провел в госпитале, затем еще 10 дней проходил медкомиссию и получил допуск к полетам. С 27