Острова памяти

164 стемнело, отряд двинулся через деревню Меховую в город Сухиничи, откуда немцев уже выбили. Днем 15 февраля был налет немецкой авиации, но наша зенитная артиллерия не дала сбросить «груз». В Сухиничах я повстречал Бронислава Антоновича Вериниковского. Рассказал ему, что в Москве про- шел слух – якобы он погиб во время бомбежки эшелона с боеприпасами, ко- торый сопровождал... 16 февраля вышли из Сухиничей и остановились в деревне Волково – по- следнем пункте маршрута на нашей стороне от линии фронта. Проверили еще раз оружие, боеприпасы. Стали освобождаться от лишнего груза, что- бы облегчить вещевые мешки, вес которых доходил до 40 кг. Это была очень весомая добавка к оружию, боеприпасам, зимней одежде и прочей амуниции бойцов. Изъятые вещи, в том числе и кожаные сапоги, отдали местному на- селению. Насколько мне известно, только Митропольский и я взяли сапоги с собой. Мне пришлось оставить ватные штаны, которые стесняли движение. В отряде было две волокуши, нагруженные боеприпасами и медикаментами. Волокуши тащили Митропольский, Исаев, Долгушин, Бухман и другие. Линию фронта перешли 16 февраля вечером. Нас заметили, обстреляли несколькими пулеметными очередями. Потерь не было. Огня мы не открыва- ли. Перешли благополучно железнодорожное полотно в районе города Люди- ново, углубились в лес и двигались всю ночь. Утром сделали привал. Было ис- трачено много сил. Стало ясно, что надо освободиться еще от части груза. Командир приказал оставить при себе только самое необходимое, волокуши бросить, а их содержимое разобрать по вещевым мешкам. Во время этого привала наш дозор обнаружила немецкая разведка и об- стреляла. Дозорные, увидев впервые немцев, с испугу прибежали в отряд. Мы заняли круговую оборону, огня не открывали, все обошлось. Отряд вскоре продолжил движение. Я и еще 4 бойца прикрывали его сзади и минировали за собой лыжню. Пройдя 3–4 км, отряд сделал остановку в лесу. Мороз сто- ял –32 градуса, но все были так возбуждены и напряжены, что его не заме- чали. Выслали разведку вперед. Она доложила – по маршруту все спокойно. Когда начало темнеть, двинулись в путь. Идти в ночном лесу по глубокому снегу очень тяжело. Мне все время приходилось прокладывать лыжню впе- реди отряда. Меняли редко. Лыжню прокладывали кроме меня В. Фролов, М. Иванькович и Е. Мельников. Местность была незнакомая, проводников у нас не было. Поэтому вокруг Людиново кружили трое суток. Отдыхали днем, закапывались в снег. Температура днем – минус 32–34 градуса, а но- чью до 40 градусов мороза. Во время движения вспотеешь, а потом посто- ишь немного и верхняя одежда, тут же замерзая, становится колом. Ко- стры не разводили. Немецкие самолеты часто летали над лесом и могли нас обнаружить...