Острова памяти

87 в затылок, и поминай, как звали…. Одного будет жалко, что не смог пере- дать в отряд собранные такой ценой сведения. Кто тогда узнает фамилию командира их части, кто назовет хотя бы приблизительную численность расквартированных в деревне войск, кто покажет место расположения штаба, раскроет режим его работы, систему охраны, скрытые посты, вре- мя их смены… Кто? Эх, Ромка, вляпался ты по самые уши!» – Хальт! – в который раз за эти дни услышал он тяжелый окрик. Роман остановился, съежился весь, ожидая самого страшного мгно- вения в своей крохотной жизни: жгучего проникновения в тело смерто- носной пули. Пронеслось галопом перед глазами детство, родители, де- ревня, лес. Почему-то увидел полные ведра собранной в местных болотах клюквы: сочная, спелая, она переливалась радостными огоньками на солнце. И вдруг… удар сапогом в спину. Упал лицом в холодное и грязное снежное месиво, прижался к земле, ожидая смерти. А фашисты постояли секунду-другую, дико поржали над его беспомощностью да и потопали обратно, меся тяжелыми сапожищами грязный снег. Видимо, комендант им именно такой приказ дал… Возвращение в отряд было томительным и бесконечным. Пробирал- ся он только по ночам, обходя напичканные немецкими войсками хутора и деревни. Только на заре третьего дня его заметил партизанский пикет. – Спасибо тебе, сынок! – выслушав подробный доклад, комбриг с отцовской добротой посмотрел на уставшего и изнеможденного Рома- на. – Большое спасибо! Ты даже не представляешь, какие сведения ты добыл! Однако тебе придется вновь вернуться в Рыловичи. Ты поведешь туда пятьдесят бойцов и на месте покажешь им подходы к фашистскому штабу, замаскированную технику, предупредишь о скрытых постах и пе- редвижных патрульных группах… Одним словом, поможешь незаметно проникнуть отряду к месту операции… – Когда приступать, товарищ комбриг? Через час! Дадим вам лошадей с телегами… К сожалению, саней не удалось найти! Если сможешь, в дороге поспишь… Спустя час диверсионно-разведывательная группа в маскхалатах бес- шумно покинула лагерь. За ней спустя некоторое время последовал обоз из пяти телег. Колеса повозок, увязая в снегу, нудно скрипели, и этот скрип, казалось, разносился громовым эхом по притихшему зимнему лесу. – Эти «таратайки» мертвого поднимут, – прозвучал над ухом юноши чей-то простуженный голос. – Не ровен час, фашисты услышат, беды не избежать. Будем драпать… – Нашел время, о чем думать! – второй голос казался злым. – Дра- пать! Хватит, уж от самого Бреста…