Гадалка. Книга странных историй

105 — Адик, — представился Каракуртов. — Умудрились же родители откопать мне имя в святцах — Фадей, и Федей не назовешься, и Феей тоже не получается. А вы Вера, я знаю. Машина плавно тронулась и полетела навстречу предновогодняя, в праздничной иллюминации разноцветная Москва. В такт карнавальному пейзажу качался, смешно скалясь, чертенок, висюлька, брелок... Подъехали под козырек пятизвездочного отеля, Каракуртов отдал ключ от замка зажигания швейцару и распахнул дверцу со стороны Веры. — Прошу, — и они прошествовали в холл, где сверкали зеркальными витринами бутики, где плавно двигались по высокой стене стеклянные коробочки лифтов, похожие на крупные шестигранники горного хрусталя, где играла далекая красивая музыка. В зимнем саду, тихо журча, небольшой водопад низвергался в пруд, в котором, плавно поводя прозрачными плавниками, висели золотые рыбки. Вера и Фадей скинули обувь и по мягкому ковру прошли за изящную ширму с красным драконом. Официант в черном кимоно и с косичкой зажег свечу на низком столике и подал кожаные папки меню. — Не надо, сделайте все, как обычно, — блеснул стеклами очков Каракуртов, и официант, поклонившись, забрал меню. Два чайника темной шершавой керамики, побольше пузатый с кипятком, поменьше заварной, чашки с терпкой ароматной жидкостью, глоток, и душа у Веры словно оттаяла, и впервые за это время она почувствовала покой и облегчение. Он говорил тихо, словно самому себе, вспоминал, слова его звучали и таяли, как легкий след пара из носика-хоботка чайника, но не исчезали, а словно пастельно рисовали в глазах Веры картины прошлого... — А-дик! — зовет мамин голос, и босые ножки топочут по доскам крашеного пола, чуть прилипая к ним... — Фадейка! — и тело взлетает вверх, теряет вес, сердечко замирает от страха, но папины сильные руки ловят сына... — Каракуртов? Фадей Геннадиевич? — спрашивает человек в милицейской форме. — Пройдемте на опознание... В морге раньше бывали? — Я — студент юридического факультета... — Тогда вперед, коллега! Это ваша мать?.. А это отец?.. Причина смерти — травмы, несовместимые с жизнью, полученные в автомобильной катастрофе... Слеза набухла жемчужинкой и поползла по щеке Веры. — Чай будет соленый! — улыбнулся Фадей. Он достал серебристую коробочку мобильного телефона, раскрыл ее, навел на Веру, мелькнула вспышка, и на экранчике возник цветной портрет Веры. Глаза ее блестели от навернувшихся слез и от того казались еще больше, но глаза уже не плакали, глаза светились мягкой улыбкой...