Гадалка. Книга странных историй

66 Герасим знал, что спорить с матерью бесполезно. Он по раз и навсегда заведенному ритуалу зашел в ванную комнату, вымыл руки и предъявил их маме. — Садись, — сказала мать. Это означало, что тест на чистоту рук Герасим прошел. «Когда я ем, я глух и нем!» — еще одна заповедь, которая неукоснительно соблюдалась в этом доме. И только, когда все поданное на стол было съедено, тарелки вымыты и поставлены в кухонный шкаф, а стол протерт, мама села напротив сына, подперла рукой голову и по-доброму глянула ему в глаза: — Ну, рассказывай, непутевый. Как там твой друг слон? Герасим поведал про гастроли и свою отставку. — Значит, так Господу было угодно, — рассудила мать и перекрестилась. — Слушай, Гера. И мать, словно сама судьба, распорядилась расписанием жизни Герасима на ближайший месяц. Ей, как ветерану Великой Отечественной, дали бесплатную путевку в санаторий. Ехать надо было в последний день апреля на двадцать один день. Молодая женщина, работница собеса, чуть не на коленях умолила ее взять путевку, сказав, что ее ругают за то, что мать который раз отказывается использовать свою льготу и что мать может делать с путевкой все, что ей заблагорассудится. Мать и рассудила следующим образом. Имеет же, действительно, она полное право на эту путевку, вот и пусть вместо нее едет сын. У нее и так дел невпроворот на даче, у Геры вынужденный отпуск. Ну, и что, что выписана путевка на ее имя — фамилия-то у них — Ткачук и даже один инициал совпадает. А Герасим Ткачук должен объяснить санаторскому начальству, что он исполнитель волеизъявления Галины Ткачук. Герасим перечить матери не стал, он понял, что обречен на этот сомнительный, с его точки зрения, шаг и решил приехать заранее в санаторий и сдаться на милость администрации. Бывают же дни, когда не везет, хоть ты тресни. Учила мама Герасима обязательно измельчить скорлупу от съеденных яиц. Обычай старый, по этой примете в полой скорлупке русалки могут построить себе кораблик и будут плавать и людей пугать. Или всяческие неприятности подстраивать. А Герасим слегка проспал и когда прибыл на вокзал, оказалось, что электрички из-за ремонта путей отменили, и он смог уехать только после обеда. Не успел на очередной местный автобус, прождал битый час на станции и только к вечеру добрался до места. Администраторша, женщина пышных форм, восседала, как сфинкс, в кресле своего кабинета, который был больше схож с горницей — на окошке горшок с геранью, вместо штор шитые рушники и, словно естественная неотъемлемая часть интерьера — здоровенный черный кот на диване.