Миллер В. Нескучная проза жизни. Том 1

5 гнул чернявый, не годится. Помню, что в любимом русскими артистами магазине СА (мы его звали – Советская Армия) такая куртка стоит от 300 до 400 франков, где-то рядом кру- тится мысль – жулик, спер в магазине куртки и мне продает, с другой стороны, забавно, мне в Париже – презенто, «Ва- лентино», когда еще такое будет, вот дома расскажу. Короче, договорились мы на 400 франков за две куртки, он, конечно, выпрашивал еще, опять мне парил про любовь к России, но не на того напал, ради спортивного интереса отдаю 400, нет больше, говорю, самому мало, а сам озираюсь: вдруг полиция на «ворованное» или на самопал незаконный, аж пот пробил. Разбежались, он уехал, на вид недовольный, я, заметая следы, нырнул в сторону, выбрался в один из известных мне рядом находящийся собор, который во времена Фронды штурмовал д’Артаньян. Озираясь, «замел следы», присел в уголочке, с громким сердцебиением развернул «презенто», отлегло: но- вые, самопал конечно, но размер мой, одну – себе, другую – сыну, а главное – история-то какая!.. Вечером у знакомых, куда я попал, не заходя домой, рас- сказываю историю, показываю «презенто». – Что ты наделал, тебя же обманули, они, жулики, подсовы- вают обычно старье, эх, разве вас не предупреждали. Однако ознакомившись с презентом, хозяйка дома признала, что я ока- зался в выигрыше, самопальный «Валентино» оказался вполне. Жуткие истории про этих итальянцев рассказали добрые мои знакомые, как обманывают, какие вещи подсовывают; оказывается, в гостиницах наших туристов предупреждают об этом, ну, да ладно, у меня-то хоть новые. Прошел год, история повторяется, я вновь летом в Париже, после гастролей вновь гуляю по городу, и вновь хочу полу- чить презент, но я уже придумал новую версию поведения. Как только итальянец скажет заветное слово «презенто», я возьму подарок, скажу: «Грацио, сеньор, грацио» – и нырну в людской поток, ищи меня. Иду, гуляю, и что вы думаете, из одной проезжающей машины опять окликает меня итальянец, нет, не тот, этот по-русски никак, только по-английски, лопо- чет и лопочет, понимаю, что любит он Россию, русскую жену Машу, безумно, откуда же у тебя, брат, любовь такая, при- думал бы что-нибудь поновей. А он, как мысли прочел мои, что-то про жизнь трудную, итальянскую (это в Париже-то, в