Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

251 то ли от выпитого и сытого желудка, то ли от чего другого, а скорее всего, от молодости и бестолковости, спал я креп- ко, да так крепко, что ни разу не проснулся за ночь, только смутно ощущал на себе некую тяжесть, немного мешающую спать. Это моя любезная и страждущая соседка с табуреток периодически во сне или специально сползала со своего не- удобного ложа на мою кровать, да так и осталась до утра на моей подушке. Мне бы, чудаку, проявить своё человеческое, в смысле мужское достоинство, когда утренняя заря разбуди- ла нас обоих, а я, растяпа, только сконфузился от отсутствия опыта и напряжённого состояния некоторых элементов сво- его неуклюжего тела. Да и моя ночная подруга тоже сильно сконфузилась, а может, сделала вид, переползла на свои та- буретки, а там и пора вставать настала. Вот так неудачно и неуклюже я провел свою первую ночь с молодой леди и если и прикасался к ней в какие любезные мне места, то только случайно и во сне, совершенно не представляя, чего касаются мои бедные руки. Что при этом мне снилось, не в силах даже приблизительно вспомнить, ибо впервые со мной такая беда или радость случилась, называй как хочешь. А я, чем старше становлюсь, тем всё сильнее в воспоминания тянет, особенно вот в такие, пусть и неуклюжие жизненные ситуации. Нали- вай, брат, а то заплачу… 213. Про «пидарасов» – Слышь, приятель, а как ты к меньшинствам разным отно- сишься? – это Вася мой мне после третьей дозы мозги парить опять начал. – К разным по-разному, – отвечаю, – а в чём вопрос? – А хочешь, я тебе историю одну расскажу, – говорит мой друг и по совместительству собутыльник и так забавно улы- бается, что явственно чувствуется, что припас и на этот раз мой друг что-то забавное и поучительное. Ясный полдень, соглашаюсь, нельзя не согласиться, всё равно Вася расскажет, его в таких случаях не остановить, луч- ше согласиться. – Вот слушай, но сначала маленькая предыстория. Поехал я однажды в составе небольшой группы в Америку, в Соеди- ненные Штаты, само собой. Делегация наша была из разных