Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

297 улице и это мои люди были. Витька был с известной хитрин- кой, по жизни заикался немного, в детских играх наших это было не особо заметно, привыкли мы, наверное, а вот в шко- ле, когда его училка вызывала к доске, или у парты чего до- бавить, было и грустно и смешно. Учился Витька не очень хорошо, скорее даже плохо, уроки тоже делал плохо, поэтому заикался на ответах так, что жалко бедного было, хотя все по- нимали, что придуряется и мычит потому, что подсказку ждёт. Доводил, одним словом, учителей. Вот однажды один мальчик из нашего класса, тоже фами- лия всплыла – Рафаилов, имя такое же простое – Рафаил, по нашему Рафик, принёс в класс кортик. Такой, знаешь, про- стой, обычный кортик, игрушечный конечно, лезвие алюми- ниевое, легко гнётся, ножны алюминиевые тоже, было куда кортик засовывать. Вот принёс и целый день ходил героем дня. Не сильно жадничал, давал потрогать, и я потрогал, и Витька, все пацаны, но Рафик в руки не давал, потрогали, мол, и с вас достаточно. Целый день, повторяю, был героем дня, а к окончанию занятий, когда уже все домой засобирались, полез в сумку, а кортика-то и нет, уплыл кортик, растворился. Что тут было, стоны, рыдания, крики и вопли, поиски всем клас- сом, жалобы учителям и директору, увы, нет кортика, как и не было. День –два шум-гам, постепенно и забыли про пропа- жу, смирились. Проходит какое-то время, недели две-три, не меньше, приходит ко мне вечером мой однокашник Шутихин и приносит кортик, почти тот же, но, как будто другой, хотя очень похожий . Говорит мне, брат подарил, могу тебе дать поиграть на денек-другой. Кортик-то, он мне поясняет, почти как у Рафки, но вот тут и отличие, смотри сам. Чего это вдруг он мне кортик поиграть принёс, не понимаю, зимой снега не выпросишь, а тут такая щедрость? А что похож, так это ста- ло быть так и должно быть. Спасибо, говорю, мне и в голову не приходит сомневаться и проверять. Витька мне и условие ставит, только ты про кортик никому не говори, что я тебе его дал, и никому не показывай, брат мой не любит, чтобы я дру- гим его вещи отдавал, играй, но никому не показывай. Ладно, говорю, как скажешь, чего я буду брата обижать. Играл я кортиком день-два, потом, как условились, несу к Витьке домой, типа, наигрался, возвращаю. А он мне велико- душно разрешает у себя его хранить, типа, ему он уже надоел, если что, приду, мол, к тебе и вместе поиграем. Только, опять