Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. том 2

5 рублей обменяли, помню, что мало очень, вот и решали мы, что взять. Кто часы советует, кто бритвы электрические, кто одежду какую, это в Китай-то, откуда куртки кожаные и джин- са вывозились массово. Короче, взяли, кто что мог, кто какой информацией разжился. Мой друг Вова Афанасьев «умнее» всех оказался, кто-то сказал ему, что в Китае очень ждут от нас пальто демисезонное, Вова взял три пальто, и когда мы проходили китайскую границу, он их все три и надел, типа, а вдруг чемодан проверят. Это надо было видеть: Вова ростом с меня, но в два раза шире, такой крепкий гриб-боровик, а в трёх пальто стал похож на Илью Муромца. Я бы даже при- помнил ленинскую башку в Улан-Удэ, которая как из земли там растёт, огромная и ужасная. Так и Вова в трёх пальто на нечто подобное смахивал. Он, по-моему, привез еще три шляпы и несколько часов. Всё это мы вместе с ним пытались сбыть в стране тряпичного изобилия, уже и не упомню, всё ли обменяли, бросить ли чего пришлось, сдается мне, что все же обменяли, но вряд ли удачно, не везти же домой. Я же в Новосибирске искал и нашел-таки людей, которые дали мне телефон местных мафиози, у которых можно было поменять наши рубли на их юани. Эти люди, очевидно, имели бизнес в России, и им нужны были наши деревянные, словом, я запас- ся рублями, явками и адресами. Афанасьева тоже посвятил в тему обмена, мы с ним были в близких дружеских отношени- ях, тем более что определено нам с ним в гостинице вместе жить, значит, всё время вместе будем, как Никулин с Миро- новым в известном фильме. Больше не проговорился нико- му, вдруг кто проболтается. В то время мы еще всего боялись, вдруг проверка, типа, где столько вещей набрал, на скром- ный обмен только на жвачку и хватало. Приехали в Китай, в Харбин, ходим, смотрим, Вова вечером в двух пальто как ми- нимум ходит, пытаясь «ченч» сделать, вокруг китайцы, осо- бенно китаянки, так и вьются. Есть у них поверье, типа, если толстого человека по животу, опять же толстому, погладить, привалит тебе счастье немерено. Вот и пытались они, лю- безные, счастье обрести и наперебой моего друга по животу, усиленного до неприличия двумя «польтами», как выразился бы мой любимый Зощенко, гладили. А он, довольный такой, только жмурился, да и все показывал местным красавицам, что руку-то надо в самый низ живота опускать, да и кричал шутливо, ниже, ниже, мол, гражданки китаянки. А те пони-