Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 3

107 были расстреляны в последующие годы большого террора. В первом ряду – самые, самые монстры во главе со Сталиным, дружная на вид семейка, мечтающая придушить друг друга. В истории всё повторяется, чем дальше от верхушки вла- сти, тем проще в жизни, и падать-то некуда, на земле стоим. И фото это я повесил только для предостережения и понимания, как всё непросто в этом мире, как все в одночасье меняется. В этой же рамке и другие фото, уже со мной, на ту же тему, с губернатором и мэром, с владыкой. Здесь же я на русском кладбище под Парижем у надгробья моей «родственицы» Натальи Николаевны (Гончаровой-Ланской) Миллер, вдовы белого генерал-лейтенанта Е. К. Миллера, преданного своим заместителем генералом Скоблиным и его супругой певи- цей Надеждой Плевицкой. Выкрали моего генерала агенты НКВД, вывезли в Россию и расстреляли. Фоторамка получи- лась какая-то с намеком… 41. Соткилава, Образцова, Вишневская Народные артисты СССР, солисты Большого театра, из- вестные и замечательные музыканты – Образцова и Сотки- лава. Сидим за столом… Фестиваль «Золотые голоса Рос- сии». Золотое времечко. Какие молодые и певцы народные, да и мы тоже. Лет уж двадцать прошло. Помню, что вместе с народным футболистом и главной пиковой графиней страны приехал тогда к нам удивительный человек Важа Чачава. Он был превосходным концертмейстером Образцовой, мудрым педагогом и странно-белым альбиносом. Может, это только мне кажется странным, в смысле непривычным. Грузин, и белый, к тому же альбинос. Жили тогда наши звезды-певцы на Обкомовских дачах, это я по старинке так называю заго- родную правительственную резиденцию. Поскольку гастроли проходили в мае месяце, то в лесу, а резиденция, естествен- но, находилась среди приличного лесного массива, было достаточное количество комаров. В помещении наши гости спасались специальными средствами. А вот при прогулках на свежем воздухе нет-нет да и получали раны от проклятых кровопийц. Соткилава – человек простой и жизнерадостный – только отшучивался и особо не страдал, а вот бедному Чача- ве приходилось плохо. Оказывается, у альбиносов кожа особо