Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 3

243 91. Ги де Мопассан С чего это вдруг ваш неистовый сочинитель принялся за великого француза? Так скажет не сильно догадливый чита- тель и будет, несомненно, прав. Когда жил Мопассан, и как мог пересечься с ним ваш любимый, надеюсь, автор... Не- вольно продвинутые кто скажут знаменитую фразу: «И тут Остапа понесло». Успокою нетерпеливого и сердитого чита- теля и поблагодарю моих терпеливых почитателей: есть, есть, что открыть вам про великого француза, как его судьба, пусть краем, но задела-таки мою веселую искрометную жизнь. Всё дело в том, что есть на моей Стене Плача одна любопытная фотография, связанная с автором «Милого друга» и других фривольных, если можно так выразиться, произведений зна- менитого французского писателя. Не буду утомлять вас знанием биографии Мопассана, скажу лишь о том, что были его произведения в то моё уди- вительное время настольным пособием по изучению внеш- кольной и практически запретной литературы. Представьте только. Восьмой- девятый класс. Кто-то из моих друзей-при- ятелей, у кого дома есть приличная по тем временам библи- отека, вдруг открывает для себя произведения Мопассана. Дальше – больше: шепотком, вполголоса, тайно и неявно разносится по школе и по округе, что, кроме обязательных и скучных произведения школьной программы, а это и «Война и Мир» Толстого, и «Гроза» Островского, и «Мать» Горького и т. д., есть ещё и кое-что, что нам пока якобы читать рано и вообще… А там такое, а там про это самое. Ё-моё, про это самое читать интереснее и полезнее, чем про мать револю- ционера или «луч света в тёмном царстве». Лично мне дал почитать про ЭТО САМОЕ мой друг Славка, мы потом долго обсуждали, что смогли понять, а главное, что сумели вооб- разить. Особо помнится мне, что поразил моё и наше вооб- ражение один из рассказов Мопассана, где героиня ходит по дому или квартире, в которой проживает у любовника, вполне даже голышом. Мне даже кажется, что там было другое сло- во – нагишом, что ещё больше возбуждало наши неокрепшие сердца. Представить только такую сладостную картину впол- не созревшим уже, но совсем не искушенным воображением своим было просто невозможно. Не могу сейчас припомнить, что за рассказ мы прочли, разжигая своё воображение, и даже