Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

162 я выбирал такие произведения, где можно было давить на чувства, чем я с успехом пользовался. Не скрою, моё «крутое», эмоциональное чтение заво- дило и доводило слушателей и жюри, пока не появился в нашем городе молодой выпускник чего-то культур-муль- турного из города Ленинграда. Он, якобы, разбирался лучше всех в моём жанре, пожалуй, это было справедли- во, вот он и «зарезал» меня на очередном смотре, когда я учился уже в выпускном классе. Я, увешанный лаврами предыдущих моих побед, опять блеснул эмоциями и чувствами, сорвал аплодис- менты доброжелательных слушателей, и, уверенный в победе, уже «приготовил дырку на пиджаке» для очеред- ной лауреатской награды. А он меня так размазал перед другими членами жюри, что получил я низкие оценки, и, совершенно обиженный и страшно недовольный, решил завязать с этим чтецким жанром навсегда. Поступая в институт, я скрыл свой «талант» и больше не пытался проявить своё мастерство чувствами и эмо- циями возбуждать публику. В таком обиженном состоя- нии, я и пришёл на концерт артистов филармонии кото- рый, как я уже говорил, проходил в нашем общежитии, в «долбёжке», как называли мы помещение в общежитии, где днём студенты долбили учебники и конспекты, а ве- черами в субботу или воскресенье были танцы. Не могу сейчас припомнить, кто кроме Магалифа вы- ступал перед нами, вполне возможно, что он был один со своей чтецкой программой, но именно после этого концерта я вновь решил вернуться к чтению со сцены. Читал Юрий Михайлович много нам чего, в памяти моей осталось только недавно опубликованная поэма Евгения Евтушенко, кстати, одного из уважаемых мной поэтов, «Братская ГЭС». На всю жизнь запомнил я тогда моло- дого (по сегодняшним моим меркам) артиста, Юрия Ма-