Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

19 опорных каменных столбиков, которые в момент сбора семьи накрываются специальными деревянными покры- тиями, можно сказать столешницами, где раскладывает- ся еда и питье, присущие проведению данного события. Корявый язык мой, возможно, не совсем точно рас- сказывает вам об этом месте и церемонии проведения ежегодного священодействия. Для меня самого всё это кажется невероятно сложным и неправдоподобным. Од- нако, я видел это, я был здесь. Более того, те родственники, кто в этот день находят- ся далеко и не могут присутствовать в «святом месте», обязаны приобщиться к семейному празднику, там, где они находятся. Тут я спросил, типа, а как приобщить- ся, выпить, стало быть. Да, ответил мой друг, эх, жаль, не было у нас с собой в тот момент, я даже огорчился, что, побывав в этом семейном особом месте, не накатил, в силу уже нашей русской традиции. К слову сказать, оплошность сию мы компенсировали на другой день, когда были здесь ещё раз, специально заехав, чтобы вы- пить с представителями семьи и духами предков. А в тот день, переполненный впечатлениями от не- обычной встречи, продолжили мы общаться в кругу семьи моего друга. Много опять за столом с горечью говорили об этом (грузино-осетинском) печальном разъ- единении людей, которые из вчерашних друзей – сосе- дей вдруг становятся врагами. Безусловно, мне, далеко не посвящённому так близко, как мои хозяева стола, всё это и горько и печально слышать. Слава богу, застолье постепенно перешло полностью на родственные рельсы, и тут уже немного легче стало, во все глаза впитываю эту жизнь, традиции и обычаи. Вынужден был даже сказать пару тостов, при этом не удержался и ввернул кое-что из наших традиций застолья. Особенно прикололся по теме женского присутствия. Судите сами, хозяйка стола