Владимир Миллер. Нескучная проза жизни. Том 5

92 по иванычеву отчеству прикалываю. Бывало так и гово- рю – молодец Стефф Иваныч, или Клэй Иваныч, это из команды за которую я болею. Или ещё, давай, Леброн Иваныч, дави их. Это на сегодня самый крутой баскет- болист, король баскетбола. Как видите, ничего личного, шутя и улыбаясь. Есть и такие граждане, которым отче- ство с особым смыслом я припаиваю. Так и стали вслед за мной, некоторые мои коллеги звать дирижёра нашего симфонического оркестра Томаса Куртовича – Томасом Иванычем. И если к подавляющему числу моих Иваны- чей это отчество в добром шуточном смысле вяжется, то к Томасу Иванычу я его с жёсткой иронией и даже с не менее жёсткой долей сарказма добавляю. Уж больно раз- любил и уважать даже перестал я нашего главного ди- рижера. И даже не за то, естественно, как он палочкой в музыкантов целит, и левой ручонкой при этом, как ве- ликий артист Лебедев в борьбе за «управление» стака- ном с алкоголем трясет. Увы, это бы ещё полбеды. Уж больно он себя как человек нехороший зарекомендовал. Практически, редиска, на нашем немузыкальном жарго- не. И это при том, что когда-то именно я спровоцировал маэстро Каца найти кого-нибудь из-за бугра для пиара нашего оркестра. В качестве приглашённого дирижёра, или, как тогда модно было – «Гость-дирижёр». А что, живёт и работает за рубежом, сын известного дирижё- ра Курта Зандерлинга, который, ещё с самим Мравин- ским в оркестре Ленинградской филармонии служил. Да и родился наш Томас Иваныч в Новосибирске. Чем не биография. Ай лю лю биография! Вот Кац и откопал это чудо в перьях. В смысле, в перьях это о чем? А вот о чём, на тот момент очень уж перышками своими уку- тался, «законспирировался» наш Томас Иваныч. Никто и предположить не мог, как после ухода настоящего и че- ловечного маэстро отплатит всем нам и особенно семье