Лищук В., Владимиров В.

126 в этом сне. Под припев: Сквозь горные отроги Лег змейкой серпантин. Военные дороги, Солдатские пути… Григорий проснулся, а припев рефреном все еще звучал… Военные дороги, Солдатские пути… Солнце вовсю било потоками света в задернутое занавесками окно. Неужели проспал? Как же так? Еще вчера Директор универсама вызвал Григория и объявил ему, что Волгин Григорий Александрович признан лучшим охранником месяца с приятно вытекающими отсюда последствиями: фото на доске у входа, благодарность в приказе, денежная премия… Вчера?.. Так это же была пятница, а сегодня у Григория выходной… Изабелла уткнулась в плечо Григория, спряталась под одеялом от солнца. – Вставай, белка, корми мужа, у желудка не бывает выходных, муж все равно есть хочет… ...На верхней палубе речного трамвая Григорий и Изабелла любовались видами, плавно разворачивающимися вместе с изгибами Москва-реки. Григорий был в парадном мундире, он снял фуражку, обнял жену за плечи, ветер взъерошил ему волосы, Изабелла попыталась их пригладить, Григорий поймал ее за руки, хотел поцеловать. Изабелла испугалась: – Ты что? Люди смотрят… – Пусть смотрят. Изабелла притихла, задумалась: – Свободно у вас тут живут… «У вас…». И невольно в памяти Григория, как в его сне, опять возникла картинка войны. Как Григорий Александрович Волгин, русский солдат, воевал в стране. Не в чужой. В своей. Да, в его стране есть две разных страны, одна – цветная, мирная, а другая – черно- белая, военная. Приезд на войну в черно-белую страну называется командировкой. Но Григорий с Сашкой Гуляевым, таким же солдатом, были призваны в армию и попали служить именно сюда. В горячую точку. Их много, где земля кровоточит, где постоянно проливается кровь. Григорий вспомнил, как он и его дружбан, Сашка Гуляев, возвращались в часть, шли по селу. Сашка притворно жаловался, у него налицо все признаки смертельной болезни, что первые симптомы этой болезни, когда ноги мерзнут, болезнь шатрит называется, потому что под утро встает одеяло шатром пониже пояса и ноги обнажает... Наржавшись, Сашка участливо спросил, не болеет ли Григорий той