Лищук В., Владимиров В.

42 встречных потока. И я, и мы с «Волгой» стали одним из корабликов во времени и пространстве ночной дороги… Так бы плыть и плыть… Я не знала, я ничего не знала, что делать, куда двигаться, раздвигая встречный воздух ветровым стеклом и носом капота, просто тупо и несильно давила на педаль газа… И также, не задумываясь, сбросила скорость… На обочине, у придорожного домика с игрушечной деревянной башенкой, резным крыльцом и неоновой вывеской «Автозапчасти» стоял джип. И впереди такое трубчатое ограждение перед радиатором. Слегка погнутое в одном месте, как бы продавленное. Я выключила фары и медленно, словно крадучись, даже мотор сдерживал свое урчание, свернула перед глухой боковой стеной и спряталась в темноте за домом рядом с большим мусорным баком. Стих мотор, погас щиток приборов, я не стала вынимать ключи зажигания, скинула туфли и вылезла наружу. По мелкой колючей крошке гравия, как из моря оставшейся за спиной тьмы, я неслышно вышла к берегу освещенной оранжевыми фонарями дороги. И прижалась спиной к стене около угла. Около джипа стоял этот… Главный, в черном кожаном пальто с поднятыми воротником и в шляпе. А перед ним Длинный и Малыш в своих камуфляжах, но уже без черных наголовников. Маски скинуты, но ощущение театральности не проходило, просто новая мизансцена, в которой были заняты джип, трое и прижавшаяся к стене босая героиня… Как Зоя Космодемьянская у сарая с бидоном керосина… Какая там героиня, нет у меня даже бидона, баба безмозглая, да еще и эгоистка… Неживая… От страха… Длинный и Малыш стояли, пока Главный сел в джип, и еще подождали, пока джип не растворился в потоке машин, только потом