Лищук В., Соседова Е.

65 И вдруг разверзлись хляби небесные! Водные потоки устремились вниз, пытаясь погасить пожар возникшей вражды и остудить пыл дерущихся. Соседи, стоявшие у гроба, моментально ретировались в поджидавший у ворот старый автобус. Из-за пелены дождя как чёрт из табакерки появился смотритель в армейской плащ-палатке, быстро смекнул что к чему и туг же начал звонить куда надо. Было слышно, как он кричал про клад и труп, как докладывал о золоте какому-то Анзору. Внезапно начавшийся ливень так же быстро прекратился. Подошла группа промокших людей во главе с батюшкой. - Умер? - спросила старушка в чёрном. - Умер, - ответила дочь-школьница. - То-то, я шмотрю, хороните, - прошепелявила бабка. Подъехала «крыша». За ней на место преступления прибыли полицейские. Выйдя из машин, стороны привычно обменялись крепкими рукопожатиями. Вернулись «доминошники». На удивление быстро появилась «неотложка» и усталая женщина в белом халате попросила достать тело из ямы. Кое-как с помощью верёвок, Серёги и присмиревшей Аллы, окровавленного Семёна подняли наверх, где, к всеобщей радости, выяснилось, что тот жив, но находится без сознания. Мокрое дело, тем более грязное, не нужно было никому. Монеты же оказались из белого метала с надписями: «АРКТИКУГОЛЬ 50 КОПЕЕК» и «ОСТРОВ ШПИЦБЕРГЕН 1946» Что это такое присутствующие не знали, да и знать не хотели. Всё равно не золото...