Лищук В., Соседова Е.

66 В суете как-то забыли о новопреставленном, невозмутимо лежащем в гробу при полном параде с белым «дембельским» аксельбантом на груди. Выяснилось, что денег на помин его души нет, потому вдова принесла только две бутылки водки и нехитрую закуску. Батюшка взялся всё уладить, тем паче, что в прошлой жизни оканчивал Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище имени генерала армии В. Ф. Маргелова, под Кандагаром был тяжело ранен, а после увольнения из рядов Вооружённых сил СССР пришёл к Богу. И сказал он, что не по-христиански так прощаться с человеком, который собрал столько хороших людей вместе, да ещё в каком. И обратился он к авторитетному бизнесмену Анзoрy Манучадзе, совершенно случайно здесь оказавшемуся, с просьбой накрыть стол в близлежащем своём кафе, которое у последнего было далеко не последним. И пригласил он всех верующих и неверующих помянуть по православному обычаю раба Божьего Михаила. ...Похоронили отличника ВДВ как положено. Потом всех, включая очухавшегося Семёна и раскаявшегося Серёгу, усадили за общий стол. Фельдшер «скорой помощи» диагностировала, что покойный умер как герой, спасая жизнь другого человека. Если бы не он, то «палёной» водкой мог отравиться подросток или мать-одиночка. Старший наряда патрульной машины заверил сидящих, что это дело не останется без присмотра, и преступники, кем бы они ни были, ответят по всей строгости российских законов. Вдова поблагодарила за помощь и рассказала, каким он парнем был. Что не смог Миша вписаться в новую жизнь, не захотел беспредельничать, обманывать и воровать. Да и пил муж исключительно от осознания своего бессилия что-либо изменить. Говорила, как дорожил он званием и формой десантника, и ещё, что песню одну любил, «Синева» называется. Присутствующие посмотрели на служителя культа. Тот на секунду задумался, потом встал в полный рост и, тряхнув седой головой, затянул: Расплескалась синева, расплескалась, По тельняшкам разлилась, по беретам, Даже в сердце синева затерялась, Разлилась своим заманчивым светом.