Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

260 Сергей Прокопьев – Никак! – весело сказала женщина. День у неё сложился удачно, пребывала в отличном настрое- нии. Не скрывая его от посторонних, широко улыбалась, сообщила безрадостную весть: – Никак не добраться. Рейсовых автобусов уже нет. Никак. – Нам срочно на вокзал, – проговорил Минсалим и обратился к арсеналу «волшебных слов»: – Сударыня, имею честь нижайше просить вас оказать нам помощь. – Ух, ты! – восхищённо округлила глаза женщина в ответ на «сударыню», «имею четь» и крикнула парню, идущему к одиноко стоящему «пазику»: – Вася, ты куда? Добрось ребят до вокзала. Вася на вокзал не хотел, Минсалим и здесь призвал всё крас- норечие, но теперь из другой области, рассказал про шахматы и что омский музей ждёт не дождётся произведение искусства. Васю особенно тронул факт: дополнительный авиарейс был организован по требованию косторезов, и он согласился сделать незапланиро- ванный крюк. Мы сели в автобус, я отобрал у Мунира шахматы, сколько раз уже терял. Автобус тронулся, мои мучения продолжились. Дорогу или бомбили, или перепахали – «пазик» мотало из сто- роны в сторону почище чем Ан-2 над Иртышом-океаном. Од- ной рукой я прижимал к себе коробку, другой вцепился в ручку кресла напротив. В ответ на скачки «пазика» я или бился голо- вой о стекло, или бодал Мунира. К его чести, он был начеку, в любой момент был готов подхватить шахматы, если я, смертель- но ударившись головой о стекло, выпущу драгоценный груз. Мунир полностью протрезвел, а если и не совсем, голова его, как вскоре доподлинно выяснится, начала продуктивно работать на результат, к которому мы стремились весь последний месяц. На Ишимском ж/д вокзале народу собралось не меньше, чем в То- больском аэропорту перед вылетом Як-40 – ни яблоку, ни ви- шенке упасть было некуда. – До ближайшего поезда в Омск двадцать минут, – посмотрел расписание Мунир. От кассы во все углы вокзала шла длиннющая очередь, бес- полезно было искать её конец. Стоять не перестоять в такой. Но никто не хотел слушать, что наш поезд отходит через двадцать