Сергей Прокопьев. Друг мой Слава

270 Сергей Прокопьев резко повернулся в его сторону, он отпрянул. «Видишь, – говорю, – человек прозрел. Ты также будешь». Мунира на операцию повезли, настолько разволновался: пот как из ведра облил лицо. Но всё про- шло нормально. Поверить не мог – вернулось зрение. Счастливый: «Минсалим, мы ведь ещё поработаем». «А как же! – говорю, – ещё как потрудимся!» Я как раз на шахматы подрядился. Минсалим взял со стола фигурку Конька-Горбунка, протянул мне посмотреть. – Мунир резал, – прокомментировал работу. – Нарадоваться не мог – не на ощупь работает. Полицмейстера сделал, городового. Сидит в своём углу, песенки мурлыкает. Хорошо работал, с азар- том. Даже завидно – человек счастьем переполнен. Краски жизни вернулись. Это был тот самый Мунир, которого я учил клепик дер- жать. Жадно взялся за работу, но после двадцать третьего февраля пропал. Отметил День Советской армии и Военно-Морского фло- та. До этого держался, следовал наказу врача: тяжести не таскать, не выпивать – под воздействием спиртного человек после такой операции может терять ориентацию в пространстве. Мунир ориен- тацию в отношении работы потерял. Ни слуху с той поры, ни духу. Звоню, телефон не отвечает. Жаль, но совесть моя чиста: как мог – помог. Хочется верить – одумается. Но что-то подсказывает – нет. Мы вышли с Минсалимом из мастерской, он показал рукой в угол большого двора: – Это Мамин сад. По имени первого директора детдома Ма- мина. Он завёл традицию: детдомовец, уходя во взрослую жизнь, сажает яблоньку. Кое-что дошло до наших дней… Сад, пожалуй, громко сказано – десятка полтора яблонь. Мощ- ных, с густой раскидистой кроной, по-июньски яркие листья тре- петали под летящим со стороны Иртыша ветром. – Нынче поздно цвели, – сказал Минсалим. – Пасха поздняя, всё поздно. Цвели, как всегда, обалденно! Вон яблоня Мунира, а мою строители срезали. Сообразить не успел, услышал пилу, выскочил, да поздно, долго ли современной техникой. Мешала яко- бы. Больше полувека простояла… Мы стоим под деревьями. Минсалим делится мечтой: – Есть у меня проект, жаль, пока не удаётся пробить. Давно хочу поставить сразу за Маминым садом на бывшей Петропав- ловской скульптурную композицию в бронзе: идут-бегут по трём