Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

141 казахов, чуть меньше русских, а так – украинцы, немцы, латыши (по- томки ссыльных), татары, белорусы. Восстановлением храма рассчитывал всколыхнуть село. Отчасти удалось. Молодёжь есть думающая, подъезжает: – Сергей Владимирович, чем помочь? – А что вы можете? – спрашиваю. – Ты скажи, что тебе надо. Знаю, народ любит на колокола жертвовать. Ладно, думаю, при- влеку. – Хотите, – говорю, – чтобы в деревне колокола звонили? Давайте закажем благовестник, большой колокол. Напишем на нём ваши фа- милии, отольём. Как они загорелись. Внесли хорошую лепту. В надписи на колоко- ле фигурируют Архистратиг Михаил, Пророк Илия, как без него, по- кровителя ВДВ, обойтись, название нашей деревни, фамилии жерт- вователей и в конце себя поставил: «… и тщанием старосты церкви Сергия». И благовестник запел в деревне. Казахи идут: – Чё сегодня колокол не звучал? Послушание себе назначил часы читать по утрам, перед этим зво- нил в колокол. – Вам-то, – говорю, – мусульманам, какая разница? – Как это без разницы? Красиво ведь, звони, Серёга! С колоколом веселее. На самом деле что-то преображается в мире при колокольном звоне. Без юмора у нас не бывает. Еду на машине, дядя Слава, известный в селе выпивоха, за семьдесят ему, рукой машет: остановись. – Серёжа, чё случилось? – с серьёзным лицом ко мне. – В колокол почему не бил сегодня? – Дядя Слава, – говорю, – вам зачем колокол? В церковь не ходи- те. Пришли бы утром, свечку поставили, как хорошо день начинать, перекрестившись в церкви… – Серёжа, я не о том. Ты в восемь бьёшь, а мы с Лёнькой Петро- вым и Виктором Доброхотовым подтягиваемся к магазину, берём бу- тылочку… У меня свои часы, у них свои. Но даже в этом. А вообще люди начали приходить, свечки ставить. Свечи сам лил, бесплатно берёшь Снова идём вперёд