Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

355 сестре Ларисы, посоветоваться, попросить помощи: «Таня, выручай, не знаю, что делать». Тоже не сразу решился. Наконец позвонил. Она в тот момент в метро ехала. Так и так, говорю, Серёжа погиб. А с ней истерика, разрыдалась! Телефон не отключила, я всё слышу, её пасса- жиры успокаивают, говорят какие-то слова. Она без остановки рыда- ет в голос. Слышу: «Выпейте воды». Подают бутылочку воды. Кто-то спрашивает: «У кого-нибудь есть сердечное? Валидол, корвалол…» Я пытаюсь что-то говорить, не слышит, убрала от уха телефон. Потом отключила. Я подождал, позвонил. Не сразу ответила, наконец сказала, сидит на скамье в метро, рядом женщина, вышла с ней из вагона. На станции по новой разрыдалась. Потом успокоилась немного, говорит: «Серёжа, я в норме, сейчас посижу, из дома тебе перезвоню». Преду- предил, с Ларисой чтобы не связывалась. Пообещала. Позвонила ми- нут тридцать из дома. Спросила, знает Лариса? Признался, не могу на- браться смелости, не знаю, что делать. Она говорит: «Я приеду к вам». Через два дня прилетела, для отвода глаз придумала какие-то дела, у неё свёкор, старший сын в Омске. Неделю Татьяна жила в Омске, перед отъездом повинилась: «Не могу ей о гибели сказать, несколько раз собиралась с духом, язык так и не повернулся. Да и надо ли ещё?» Ответ на письмо, что Лариса написала в часть, едва не месяц шёл. Извещение о доставке в часть мы получили, ответа нет и нет. Я в этом видел подтверждение тому факту, им конкретно сказать официально нечего – тела погибшего нет. Вдруг звонок Ларисе. Я, такой-то, юрист такого-то полка, мне командир дал задание выяснить про вашего сына Сергея Сергеевича Гурова и доложить вам результат. Мы созво- нились с его непосредственным командиром, он сказал, сын ваш на задании, нет связи. Всё нормально, жив-здоров, как только вернётся с задания в расположение своего подразделения и связь у него с вами появится, он вам сообщит о себе. Представляете состояние жены? Столько времени в неопреде- лённости: жив ли, погиб? И тут – жив-здоров! Какое счастье! За вре- мя неизвестности почернела лицом. Ничего не ест. Так, поковыряет- ся. А тут светится вся: «Я говорила, Серёжа живой! Он на задании! Наш сын не может погибнуть». Всем звонит: «Серёжа живой, он про- сто на задании». Стёпе в первую очередь позвонила, Тане. Таня мне шлёт сообщение: «Как это понимать?» А я откуда могу знать? Тоже обрадовался. Ухватился за соломинку. Тут же придумал для себя Сергей, Лариса и Серёжа