Венчаны Спецназом. Сергей Прокопьев.

356 Сергей Прокопьев объяснение. Артём, водительштаба, которогоНикита спрашивал, по- лучилневернуюинформацию, Серёжин сослуживецпросто-напросто напутал, ведь бой шёл, стрельба, взрывы... Ивана тоже ввели в заблу- ждение. На самом деле Серёжа жив. Ведь это официальный ответ на официальный запрос, не кто-то что-то сказал, при этом с оговор- кой – имена ни в коем случае не называть, это юрист части доложил, офицер. Но и сомнения меня одолевают. Из двух разных источни- ков о гибели узнал. Артём при штабе, а водитель, как известно, в каких-то вопросах больше начальника знает. А Иван не в простых войсках служит – фээсбэшник. Думай не думай, надо разговаривать с юристом. Взял у Ларисы телефон и позвонил. Представился. Юрист задал несколько наводя- щих вопросов, мне показались они странными, ни к селу, ни к горо- ду. Сразу не догадался, проверял меня, тот ли я, за кого выдаю себя. Убедившись, я есть я, спросил, откуда у меня информация о смерти сына. Я витиевато ответил. Не мог подвести Артёма, Ивана. Юрист поначалу повторил мне то, что сказал Ларисе. Что лично узнавал у непосредственного командира Серёжи. А я чувствую, врёт, задание выполняет. Напрямую говорю: – Извините, я вам не верю, – решил взять его на арапа: – Имена, – говорю, – называть не буду, не уполномочен и подставлять людей не хочу, но информация получена по каналам ФСБ. Лучше вам сказать мне правду. Он: – Если вы настаиваете, я уточню ещё раз. Через полчаса присылает сообщение в Ватсап, храню его по сей день: «Здравствуйте ещё раз. Да, к сожалению, гибель подтвердили. Номер Вашего телефона передал ответственному по данным вопро- сам майору. Всю информацию получите от него напрямую. Ваш во- прос взят на контроль». Проходит два дня, никто не звонит, юрист прислал СМС с во- просом: «Сергей, добрый вечер. Вам звонили из полка?» Сообщаю: «Нет». Тогда он скидывает телефон майора, фамилию и пишет: это ответственный по без вести пропавшим военнослужащим. Ожидание томительно, выматывает. Ночью забудешься, утром проснёшься с чувством, лучше бы ночь ещё длилась. Опять неизвест- ность. Надо что-то делать, а что? Живёшь с надеждой, вот сегодня прояснится, узнаешь точно – а день за днём проходит. Чрезвычайно