Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

195 руками, шарить под подушкой в поиске оружия. Год как минимум возвращался снами в Афган. Многое в те ночи узнала Люба. Вдруг, не просыпаясь, Миша начинал говорить-говорить. Да чётко. По- лёт опишет, бой. Не всегда фигурировали печатные слова, но речь связная, осмысленная. Утром рассказчик проснётся, а Люба давай ему рисовать какую-нибудь картинку из его афганского прошлого. Миша сузит глаза: откуда ты знаешь? Днём слова про военные будни не дождёшься, ночью заливался соловьём... Первый раз это случилось, когда Миша приехал на побывку из Афгана. Чуток схитрил и устроил себе неофициальный отпуск. Командир надумал задействовать технического специалиста ещё и в «тряпочной авиации» – с Ан-12 работать. Вертолёты верто- лётами, бери-ка дополнительную нагрузку – транспортники. Миша сказал с честными глазами: на эту машину допуска нет, не знает её. – А зачем тебя прислали? – зашумел генерал. – Я тебя обратно в Союз отправлю. – Товарищи генерал, как хорошо, что выменя Родиной пугаете! – нашёлся, что ответить Миша. Угрозу свою генерал не выполнил, чтобы раз и навсегда выдво- рить дерзкого капитана из Афганистана, но через полмесяца посту- пило распоряжение ехать ему в Союз за допуском на Ан-12. – Куда ехать? – спросил Миша комполка. – Сам определяйся. – Тогда в Шауляй. – По мне хоть на Камчатку! – дал напутствие комполка. Под видом изучения Ан-12 удалось побывать дома. В родном полку ему за один день допуск сделали, остальные семь дней был сам себе предоставлен. В тот его приезд Люба поняла – не всё так просто на войне, как живописал муж в письмах. Не так безобидно. Ночью то и дело ша- рил под подушкой. – Ты чё, – толкнёт в бок благоверного, – автомат ищешь? – Какая-то галиматья приснилась. Не бери в голову. Бери, не бери, а тревожно, когда муж ночью кричит: «Командир, слева духи в зелёнке!» Или: «Шлите “грачей”!» Не лучшие полтора года своей жизни прожила Люба, пока Миша был в Афгане. Если бы где-то на гражданке работала, куда ШАШЛЫК ПО-БАГРАМСКИ