Сергей Прокопьев. Журавли Афгана

Сергей Прокопьев 264 Утром вышли из казармы. Одна воронка перед ней, вторая с од- ного торца, третья с другого. – Шахматы, – глубокомысленно покачал головой капитан Кра- пива. – Один ход до мата оставался. Верующей в их семье была бабушка по отцу Анастасия Петровна Белова. Ей первой расскажет про обет Богу в рождественскую ночь. Бабушка жила в Тамбовской области, в селе Новотомниково. Туда приедет на третью неделю отпуска, который получит после Афгана. Сначала, конечно, Ачинск. Самолётом из Ташкента в Красно- ярск, дальше на такси. И прямиком в гороно, где мама работала главным бухгалтером. Она вскочила из-за стола навстречу сыну, об- няла, расплакалась, а потом, утерев слёзы, повела по всем кабинетам поделиться радостью: сын вернулся из Афгана. Многие знали его с мальчишек, прибегал к матери. Женщины обнимали, целовали, тут же стирали помаду с его щёк. – Какой ты молодец, Саша! – повторяла каждая вторая. – Ты бы только знал, как Нина Сергеевна переживала за тебя! После гороно помчался к жене и сыну. Тот расплакался, чужой дядька схватил, начал тискать, тормошить. Сын уже уверенно ходил. Через две недели Александр поехал в Новотомниково. Бабушке Насте было тогда семьдесят. Когда её муж погиб под Ржевом, ей двад- цати пяти не исполнилось. В пятьдесят семь похоронила сына Ни- колая (отца Александра). А вскоре – родную старшую сестру Анну, с которой вместе жили в Новотомниково. Мать бабушка Настя не пом- нила, та вскоре после родов умерла от испанки. Отца тоже не помнила, унтер-офицер царской армии, кавалер Георгиевского креста и ордена святой Анны, он был мобилизован в армию Колчака. По семейному преданию в девятнадцатом году, после разгрома колчаковцев, попы- тался бежать в Маньчжурию. В русском Харбине жили родственники, пытался прорваться к ним, но был убит красными. Бабушку Анаста- сию и её сестру Анну воспитал брат отца. Такая судьба. Бабушка жила одна, стоит ли говорить, как обрадовалась вну- ку. Александр специально приехал в форме, зная любовь бабушки к ней. На стене в горнице висела большая фотография офицера-от- ца, а рядом – сына-офицера. И внук пошёл по их стопам. Кормила его наваристым борщом, такой вкусный получался только у неё, подливала водку в зелёного цвета старинную рюмку на ножке. А потом попросила спеть. Гитара в доме была, на ней играл,