Петр Гладилин. Афродизиак.

Земля была по-прежнему круглой. Планеты парили в звездном небе, как диковинные птицы: Меркурий и Марс, Сатурн и прочие. Ураганы всего мира лежали у моих ног и скулили, словно щенки на привязи. Звезды стали родинками на моем теле. Все буквы алфавита еще находились в яйце, они кри- чали и царапали известковые стены, но еще были слабы и не могли пробить скорлупу яйца, на котором царствен- но восседала птица Логос. Над моей головой цвели купымолоденьких хорватских девушек, они вместе с сочными зелеными листьями раска- чивались на ветру и издавали волнующий аромат. Мор- ские волны с накату бились в мои исполинские колени. Афина грызла баранки, у нее чесались десны. Женщи- на с лицом античной богини и телом гончей собаки, под- жарая, вытянутая, как дуга, ходила по квартире и учила роль. Она совершенно не понимала, какой характер ей нужно сыграть. В душе она уже отказалась от роли, но на всякий случай решила еще разок сходить на репетицию. Ее душила ненависть к режиссеру, который не понимал, как ставить спектакль, и прикрывался мертвым профес- сионализмом. — Я не знаю, что здесь играть, — сказала Афина. — К сожалению, ничем не могу тебе помочь, — заме- тил я. —Но это же твоя пьеса! —Пока писал, она была моей. — Тупая скотина, он ничего не может мне объяснить. —Неправда, он хороший режиссер. — Ты лжешь, потому что он твой друг! — Я правду говорю, — солгал я. — Он потрясающе падает лицом в амфитеатр! — У вас против меня заговор. Афродизиак 107