Петр Гладилин. Афродизиак.

— Я сам закрою. — Я замерзла. — Как поживает твое химическое машиностроение? —Никаких сенсаций. — Когда-то, давным-давно, ты хотела стать актрисой. — Хочешь, я прочитаю тебе монолог Офелии? —Прочитай. Ни разу в своей жизни я не слышал такого цветочного и потустороннего, такого влажного и речного и одновре- менно такого эфемерного исполнения этого прекрасного монолога. — Талантливо, — сказал я. — Спасибо. — Саша отвела взгляд. — Я же говорил, ты никогда не станешь актрисой. —Ну, это мы еще увидим. — Волосы растут обратно в голову, а не из головы. — Ты о чем? — Сегодня утром пошел побриться, посмотрел на се- бя в зеркало и представил, как прическа растет в обрат- ную сторону... в голову! — Не заговаривай мне зубы. Я кое о чем хочу тебя спросить. — Давай. —А у тебя есть система ценностей? —спросила Саша. Это был неожиданный для меня вопрос. Это был слишком отвлеченный вопрос. Это был качественный вопрос. — Нет, — сказал я, — у меня есть только система об- разов. — Не кажется ли тебе, что наша Вселенная — это ог- ромный бутерброд, падающий маслом вниз? — У меня есть ощущение, что мы упадем маслом вверх. — Как ты обрел такой масштаб чувств и мыслей? Пётр Гладилин 134