Петр Гладилин. Афродизиак.

Скоро песенки не стало. Последний куплет оказался каплей животворящей влаги, упавшей на раскаленную сковородку. Песенка испарилась. Вдруг откуда-то вы- плеснулось море аплодисментов. Они гремели, как океан- ский прибой, и не затихали ни на мгновение. — Тебе аплодируют. — Кто? —Не знаю. — Куда ты меня привел? —Минутку, — сказал я и нажал на выключатель. Вы- соко под потолком вспыхнула огромная многотонная хрустальная люстра. Стало светло, как днем. И оказалось, что наша кровать стоит в самом центре сцены Москов- ского художественного театра. Зал был битком. Зрители в партере поднимались один за другим и аплодировали. Не говоря друг другу ни слова, мы схватили одежду и бросились за кулисы. Я оглянулся. Лепестки роз парили в воздухе, как топо- линый пух в первые дни лета. Через служебный вход мы выскочили в Камергерский переулок. Здесь мне в глаза бросилась огромная, в полне- ба афиша, наклеенная на стену, на которой было начерта- но: «Колосс и Даная». Сценическое действие в трех актах. Я сорвал плакат, но несколько букв от моего имени ос- тались на стене. У меня изо рта шел пар. — Я возьму это. На память о твоем успехе. — Я стану актрисой, великой актрисой, вот увидишь. Я не о таком успехе мечтаю! — Другого у тебя никогда не будет. —Откуда тебе известно? — Для того чтобы стать актрисой, нужно иметь при- звание. —Откуда тебе известно, что у меня нет призвания? Афродизиак 49