Петр Гладилин. Мотылек.

живал Багаеву очередное звание. То драка, то неустав- ные отношения в вверенном подразделении. А теперь вот еще одно чрезвычайное происшествие: солдат стал бабой! — Капитан Багаев по вашему приказанию при- был, —четко, красиво, по-военному отрапортовал Багаев. — Твой боец? — спросил полковник, взял девочку за плечо и развернул, так, чтобы Багаев увидел ее красивое лицо. — Так точно, товарищ полковник. — Говори, не молчи! Спасай шкуру! — Вот что стало с бойцом, вернее, то, что от бойца осталось, — спокойно сказал капитан. Для Багаева са- мым важным было дать понять полковнику, что он не боится командира части. Эта невозмутимость была про- должением надменности, с которой Багаев общался с людьми, иногда скрывая ее, иногда перекрашивая. — И это все, что ты можешь сказать в свое оправда- ние, капитан? — Так точно. — Все у тебя, Багаев, не слава богу. Когда призван на воинскую службу? — обратился полковник к девушке. — Весной этого года. — Откуда? — Из Москвы. Сокольнический военный комисса- риат. — Сам забирал из призывного пункта. Был па- рень, — сказал Багаев. — А мне собирались дать дивизию… Не видать мне генеральских погон, как своих ушей, — тяжело вздох- нул полковник. —Во вверенной мне роте нарушений устава не было. Призывник прошел две медицинские комиссии, имеет- ся медкарта, — флегматично заметил капитан. Пётр Гладилин 262