Петр Гладилин. Мотылек.

— За дверью ждет. — Валяй! Ювачев ушел и вернулся уже в качестве конвойного маленькой, хрупкой, коротко стриженной девушки, нет, скорее, девочки восемнадцати лет. Солдатская гимнас- терка была ей велика настолько, что рукава свисали почти до колен, а рук не было видно. Брюки висели складками и пузырились. При ходьбе она слегка воло- чила ноги, чтобы не потерять сапоги. Девочка посмотре- ла в глаза полковнику. Полковник давно не видел таких сияющих и счастливых глаз. — Товарищ полковник, — вдруг закричала девушка в полный голос, вытянув руки по швам, — рядовой Ле- бедушкин по вашему приказанию прибыл! — Не тот ли это рядовой Лебедушкин, который ки- нул из траншеи боевую гранату аж на восемь метров и чуть не погубил все отделение, чем и прославил- ся? — спросил полковник адъютанта. — Так точно, товарищ полковник. — Похож, — сказал полковник и вдруг перешел на шепот. — Лебедушкин, это ты? — Так точно, товарищ полковник, — на этот раз со- вершено спокойно протянула девушка тонким, высо- ким голосом, — это я. — Чей ты? — Пятая рота. — Багаева ко мне! — приказал Кинчин. — За дверью ждет, — отрапортовал Ювачев. Адъютант вышел и вернулся вместе с командиром пятой роты капитаном Багаевым, худощавым высоким офицером лет тридцати трех. Багаев был из тех, кто пришел в армию для того, чтобы стать генералом. Но ему отчаянно не везло, и понять причину этого неве- зения было невозможно. Полковник уже дважды задер- М оты л Ё к 261