Петр Гладилин. Мотылек.

— Есть, товарищ полковник! — Зайду через недельку. Чтобы за порог ни шагу! Приказываю охранять коробку с гримом, банку кофе и свечу! — Я постараюсь, Андрей Исаевич. — Вы давали присягу, рядовой Лебедушкин?! — Да, я давал присягу. — Тогда отвечайте по уставу. — Есть охранять банку кофе и свечу, товарищ гвар- дии полковник! — Вот так-то будет лучше! Полковник вышел. Лебедушкин услышал, как загу- дели моторы, окна клуба, закрашенные белой масляной краской, осветились снаружи десятками прожекторов, стекла задрожали: мимо клуба, вытянувшись верени- цей, потянулись боевые машины десанта, радиомаши- ны, полевые кухни и тяжело груженные «Уралы». Коля прилег и накрылся одеялом. Вдруг он услышал, как хлопнула входная дверь, послышались чьи-то шаги, Лебедушкин привстал на кровати, на сцену взбежал ка- питана Багаев. — Тревога! — скомандовал капитан. — Собраться за две минуты, в строй! — Я не встану в строй, это приказ командира части. — Только что полк подняли по боевой тревоге. Вы— солдат моей роты! Я приказываю вам встать в строй! — Я имею совершенно другой приказ, касающийся вещей, имеющих совершенно иную природу, никак не относящихся к Вооруженным силам. — Если ты не сделаешь это добровольно, я вынуж- ден буду применить силу, мы тебя отсюда на руках! — О небеса! Меня преследует кентавр. Туловище ло- шади бежит за мной в ночи! Пётр Гладилин 312