Павел Турсунов. Дуремар (роман).

7 Анькой пиявок незаметно за шиворот пустим. Увидишь – как они шелковыми станут. - Пиявки денег стоят,- резонно заключил Сергей, вспомнив большие банки с мерзкими толстыми черными червяками, плавающими внутри. Он их видел в аптеке, когда заходил туда с матерью. - Сами наловим, - ответил Сергей, - я место знаю, там их уйма! Пойдешь со мной? - Пойду, чего не пойти? – храбрился Сергей, хотя мысль брать в руки кровососущих скользких козявок, вызывала внутреннее отвращение. Но не оказать в таком важном деле поддержку, значит вызвать подозрение в трусости, что было смерти подобно. Пацаны узнают - до окончания школы срам! Смеяться будут, еще и обзовут как-нибудь обидно. Решено было операцию под названием «таблетки от вредности» не откладывать и осуществить прямо завтра на уроке литературы, так как литераторша Валентина Александровна подслеповата и вряд ли что-нибудь заметит. А уж если, дай бог, начнет декламировать стихи, то вообще можно хоть на голове ходить. Любая поэзия вгоняет ее в такое восторженное состояние, что она как будто перемещается вместе с классом на какой-то необыкновенный остров, где все ученики превращаются в благоухающие нежные подснежники и тюльпаны, а вокруг царят мир, тишина и покой. Мальчишки договорились рвануть за «лекарством» сразу после уроков, но предварительно забежать домой и переодеться. Дом, в котором они жили в соседних подъездах, находился в метрах шестидесяти от школы, поэтому на все про все у них ушло минут пятнадцать, не боле. Сергей едва дожевал впихнутый ему в рот родной