Павел Турсунов. Дуремар (роман).

6 - Все, - выдохнул на очередной контрольной Володька, обезумев от безрезультатных усилий зацепиться глазами из- под руки Козыревой за спасительные цифры. – Я знаю, что надо делать. - Что? – оживился Сергей. Он с начала урока, ознакомившись с заданием, понял, что примеры с грехом пополам решит, а вот задачу – даже думать нечего! Поэтому, предприняв несколько вялых пустых попыток заглянуть через плечо Ирке Пятецкой, он смирился с замаячившей перспективой двойки и стал на вырванном из тетради листочке рисовать человеческие рожицы. В зависимости от изогнутости бровей лица получались забавные, смешные: то грустные, то веселые, то хмурые. Рисовал их Сергей сосредоточенно, пожевывая и слюнявя авторучку. Со стороны можно было подумать, что идет громадная работа пытливого детского ума. Утверждение Володьки о том, что он знает выход, как решить проблему списывания, вызвало нешуточный интерес у Сереги. - На сегодня пара обеспечена, до звонка пять минут, наверное, осталось, - продолжил Вовка, - но я знаю, как их сломать. Он с ненавистью посмотрел на две одинакового цвета девчачьи косы. Сергей придвинулся к соседу, изъявляя готовность рассмотреть все предложения по этому поводу. - Дело в том, - зашептал Володька, - в человеке есть хорошая кровь и плохая. Если плохой крови больше, то человек болеет. У него меняется характер, и он становится противным и злым, как эти две. - Володька кивнул на девчонок. – Но эту плохую кровь могут пиявки отсосать, и тогда человек опять становится добрым. Давай Ирке с