Павел Турсунов. Дуремар (роман).

124 - Да у вас тут прямо «пир во время чумы», - сумничал Сережка, но никто на это не обратил внимание. - Слушай, Сергей, - обратился к нему кинооператор Мансур, - я все давно хочу у тебя спросить: почему тебя наш юрист Дуремаром зовет? Несолидно как-то! - А мы с ним в одном классе учились. Это старая школьная история. Рассказывать долго, потом как-нибудь – когда настроение появится. - Чего это у тебя настроения нет? Выпей лучше, и лампочки зажгутся! – посоветовал Назри. - Выпить-то я выпью, не надейтесь, не откажусь! Но что ж хорошего, когда опять говорят: в городе ерунда какая-то назревает. - Это ты про шпану, которая вчера у ЦК собиралась? – сказал кинооператор Мансур с презрением об этом событии, как о факте, на который и внимания-то обращать не стоит. – Ну, похулиганили мальчишки – бывает. В ментовской посидят - шелковыми станут. - Так дело в том и заключается: не просто хулиганили – беспредельничали, людей избивали! - Серега, ты поменьше бабок наших студийных слушай, - встрял в разговор Валерка, - мы, когда с Сашкой на жигуленке уехали от тебя, так больше ничего такого, как на улице Ленина, не видели, хотя узбек-водитель тоже нам всяких сказок понарассказывал. Все было тихо, чисто, и даже прохожие попадались. - Ну, может, я тоже говорил бы сейчас, как вы, если б своими глазами не видел в кровь избитую и чуть не изнасилованную девушку. - Ты о ком? – поднял настороженно голову Нувель. Сережка всем им рассказал историю с Иришкой.