Павел Турсунов. Дуремар (роман).

215 - Я поеду с вами, - сказала ему Фарангиз, и сцепленными на груди руками, она словно к сердцу прижимала свою решимость. - Родная моя! - вырвалось у Вовки. – Мы уедем, мы обязательно отсюда уедем! А сейчас иди, об этом не должна знать ни одна живая душа! - Я все понимаю. - Вот и умница! Позови Хафиза, пусть принесет мне одежду. Через некоторое время тихо и незаметно вошел Хафиз: принес в большой пиале-косушке хом-шурпо – суп на бараньем бульоне – и горячую, только что вынутую из печи лепешку. - Ешьте, - улыбнулся он. – Вам сейчас надо хорошенько поесть. - Спасибо тебе, дорогой Хафиз! – Вовка пожал ему руку. - Я теперь у тебя в долгу – ты, оказывается, ухаживал за мной, как за ребенком. Хафиз смущенно отмахнулся: - Да ну, что вы! Главное, живы остались, а то я так испугался. - Он поставил еду возле Вовки, лежащего на полу на матрасах-курпачах, и, сказав, что сейчас принесет одежду, так же тихо удалился. Халилов никогда не думал, что еда может доставить такое наслаждение и даже радость. Каждый глоток наваристого бараньего бульона, пропитанного вкусом картошки, гороха нута и соком помидоров, репчатого лука и болгарского перца, оживлял, распрямлял внутренние органы, заставляя их, словно сохнущие без воды растения, встрепенуться и раскрыться для встречи с продолжающейся жизнью.