Павел Турсунов. Дуремар (роман).

216 Послышались чьи-то шаги. К Вовке пожаловал сам Карим-ходжа. Он держал в руках большую, чем-то туго набитую спортивную сумку. За спиной у него стоял Хафиз с одеждой для Халилова. Хозяин кивком головы дал понять парню, чтоб тот оставил их. Хафиз положил джинсы с футболкой в изголовье Вовкиной лежанки на пол и удалился. Халилов попытался привстать с матрасов и выразить, таким образом, свое уважение к хозяину, но тот остановил его: - Лежи, лежи, Вахид! Мне Фарангиз сказала, что ты на поправку пошел. Молодец девчонка – знает в травах толк! В больнице доктора замучили бы тебя, а здесь, смотри, уже поднимаешься. Но ты пока не вставай, береги силы – они скоро и мне, и тебе самому понадобятся. «Это точно» - подумал Халилов, вспомнив про Фарангиз, но вслух произнес: - Спасибо, учитель, если б не ваша забота… - Не надо благодарить, Вахид. Аллах Всемогущий обо всех нас заботится. Что-то в лице хозяина настораживало Вовку, что-то было не так. Спустя некоторое время до Вовки дошло: Карим-ходжа пьян. От него пахло спиртным, и с лица не сходила хитрая дьявольская усмешка. «Вот это да! – крайне изумился Вовка, - ни разу не видел этого праведника в таком виде – значит, плохи дела». И тут хозяин произнес совсем неожиданное: - Хочешь выпить, Вахид? Тебе сейчас нужно – силы прибавит. Он достал из сапога небольшую плоскую фляжку и протянул ее Вовке: - На. Вовка хлебнул. Во фляжке был коньяк.