Павел Турсунов. Дуремар (роман).

47 как Советский Союз, всякое может быть: придут, а самое «интересное» уже коровьим хвостом машет. Увидав возле церковной ограды толпу молодежи и услыхав ругань в адрес милиционеров, которые дежурили у церкви и не пускали никого из молодых людей внутрь ее, Сергей чует – «кранты!». На самый главный человеческий праздник партийцы пускают только бабушек в платочках да дедушек с палочками. С бабулями и дедулями стражи коммунистического порядка подчеркнуто вежливы - чуть ли не под руку провожают до церковных дверей, на оскорбления со стороны молодежи не реагируют. Задачу такую, наверное, поставило начальство. Да и, в конце- концов, они-то тут причем? Просто стражники! - Сейчас, Бабуль, погоди! – Сережка делает попытку прорваться в церковь. Он взглядом выхватывает из кучки дежуривших милиционеров русское лицо молоденького сержанта и направляется к нему, крепко держа Ангелину Павловну за локоть. Он надеется разжалобить милиционера. Праздник-то не мусульманский, может «свой», белобрысый войдет в положение: - Товарищ милиционер, пропустите меня, пожалуйста, с ней, - Сережка жалобно кивает на Ангелину Павловну, - она старенькая, вдруг плохо станет, и домой обратно провожать надо. Бабушка помогает, подыгрывает внуку - кукожится и горбится так, что смех! Но сержант не по-доброму, с издевкой отвечает: - Плохо станет, скорую вызовем! А обратно провожать - жди у ограды! Выйдет, как намолиться. Проходите, бабушка, прошу, мы вас покараулим!