Павел Турсунов. Дуремар (роман).

77 столько туманно, сколько его вообще нет». С этой последней фразой, засевшей у него в мозгу, он и вернулся с летних каникул в Москву. Они с Элен поселились в той же самой комнате, которую им преподнес на блюдечке добряк Лулу, и зажили прежней жизнью. Но Элен заметила, что Сергей переменился. Он перестал с ней гулять по вечерам, не водил ее, как прежде, на концерты, в кино и на вечеринки к друзьям. Он часто стал приходить поздно вечером поддатый и не считал нужным объяснить, где его «черти носили». Элен боялась вызвать Сергея на откровенный разговор. Уж очень она дорожила своим возлюбленным и страшилась, что этот разговор заведет их отношения в тупик, и она может навсегда расстаться с Сережкой. От этого Элен замыкалась и подолгу молчаливо смотрела в окно. И погода была под стать ее настроению: дождь да дождь с его осенней серой сыпью на оконном стекле. И тут, в разгар московской октябрьской промозглой хмари хлоп – и, словно золотой апельсин с ветки, свалился к ним в комнату Вовка Халилов: - Привет, Дуремарушка! – приветствовал он с порога в промокшем до нитки, шикарном по тем временам финском плаще и с большим свертком в руках. - Вовчик, ты? – вытаращил от неожиданности глаза Сергей и, не взирая на Вовкин промокший плащ, бросился обнимать товарища. - Какими судьбами? Откуда? Как нашел? - Ну, ну, остынь! Куда столько вопросов? Я здесь проездом. Матушка твоя, Вера Дмитриевна передала тебе тут кое-что из фруктов и адресок, конечно, дала. Пройти-то можно?