Павел Турсунов. Дуремар (роман).

94 Ему было пятьдесят с небольшим. Невысокого роста, с беспокойным пытливым взглядом и со всепонимающей улыбкой на смуглом лице, он мог очаровать и заманить в сети любого собеседника легкостью и непринужденностью своего общения с ним. - У меня все нормально, как у вас? Присаживайтесь, пожалуйста, - с подчеркнутым уважением к старшему по возрасту предложил сесть в кресло Сережка. - Шматок сел, окинул взглядом стеллажи, на которых находились коробки с музыкальными записями, и начал: - Говорят, ты московскую консерваторию закончил, правда? - Да. - И музыку можешь сочинять? - Могу. - А ты когда-нибудь что-нибудь писал для кино? - Нет. Но если надо, смог бы, - не моргнув глазом, ответил Сергей. - Тогда у меня к тебе деловой разговор. Сердце Сережкино, что есть силы, заметалось вверх- вниз каблучками своих клапанов: «Неужели пришел предложить музыку к фильму написать?» - Тут у меня есть заказ, - медленно подбирая слова, серьезно продолжал Шматок, – одно сельхозпредприятие чудо-лимоны выращивает, и очень уважаемые люди хотят про это фильм снять. Сам понимаешь: надо, чтоб все красиво было, в цвете, с хорошей музыкой. Возьмешься? - Так вы что, делаете мне предложение? – Сережкиному восторгу не было предела! - У меня есть, кому музыку писать, но я смотрю - хороший человек на киностудии появился. Молодой,