Юрий Авербах. В поисках истины: от чатуранги до наших дней

Послесловие 229 где находится место и для шахмат. В создании этого эпохального труда приняли участие лучшие умы Франции: Дидро, Монтескье, Вольтер, Руссо, Даламбер, крупные ученые, инженеры, врачи и т.д. Подобный научный подход проявляет и Филидор в книге «Анализ шахматной игры», изданной в 1749 году. Выбрав объектом своего ис- следования шахматы, мастер подверг тщательному анализу стратегию игры – и пришел к сенсационному выводу. Словно в пику итальян- ской школе, принижавшей значение пешек, Филидор заявил, что именно пешки – «душа шахмат», что сила фигур в значительной мере зависит от пешечной структуры, а та в свою очередь часто диктует стратегию игры! Постулат о могуществе пешек был символичным: во Франции тогда нарастал конфликт между третьим сословием и феодально- абсолютистским строем, приведший в конце века к Великой фран- цузской революции. Филидор намного опередил свое время. Он стал предтечей школы позиционной игры, новый вклад в развитие идей которой внес амери- канец Пол Морфи. Он показал на практике роль пешечного центра и стратегию игры в открытых позициях. Его атаки были всегда хорошо подготовлены, строились на здравой позиционной основе. Однако основателем позиционной школы по праву считается пер- вый официальный чемпион мира Вильгельм Стейниц, живший во второй половине XIX века. Стейниц, с его научным складом ума, как бы разложил шахматную позицию на составные элементы, выделив самые существенные, которые позволяют ее объективно оценить и наметить наиболее целесообразный план действий. Фактически Стейниц предложил принципиально новую стратегию игры, которая стала дерзким вызовом господствующим взглядам на шахматы. Она заключалась в постепенном накоплении мелких преи- муществ, в маневрировании с целью усиления своей позиции и осла- бления неприятельской. Такой подход к игре удивительным образом соответствовал популярным тогда экономическим учениям. С чисто шахматной точки зрения в партии возникла новая фаза – маневрирование. К прямой атаке Стейниц переходил только тогда, когда получал достаточный позиционный перевес. В конце XIX – начале XX века учение Стейница обрело чрезвычай- ную популярность, во многом благодаря тому, что его пропагандиста- ми стали второй чемпион мира Эмануил Ласкер и претендент на это звание Зигберт Тарраш, получивший уважительное прозвище «учи- тель Германии» (так в свое время называли Мартина Лютера). Значение позиционной школы для развития шахмат трудно пере- оценить! Вместо игры, построенной всецело на конкретном расчете, был разработан и внедрен сугубо научный метод, основанный на объ-